Гомель был почти деревней, но быстро стал одним из крупнейших городов Беларуси. Вот как у него это получилось (не обошлось без русских)

30 августа 2026 в 1788073200
Кирилл Папоротников / «Зеркало»

В центре Гомеля устанавливают памятник русскому фельдмаршалу Ивану Паскевичу, захватившему Азербайджан, подавлявшему национально-освободительное восстание 1830−1831 годов и участвовавшему в агрессии против Венгрии. Но во многом благодаря этому человеку и его потомкам Гомель из провинциального населенного пункта превратился в один из крупнейших городов Беларуси. Рассказываем, как так получилось.

Из деревушки - в европейский городок

В нашей стране шесть областных центров, однако, пожалуй, до середины XIX века беларусы назвали бы лишь пять из них. В Великом княжестве Литовском центрами воеводств (аналогичной территориальной единицы) были, среди прочих, Минск, Брест и Витебск. Аналогичный статус перед исчезновением Речи Посполитой получил и Гродно (впрочем, он и ранее был резиденцией короля Стефана Батория, а еще там проводился каждый третий сейм Речи Посполитой). Наконец, Могилев стал центром губернии уже во времена Российской империи.

И только Гомель никогда не имел такого статуса: веками этот населенный пункт был обычной небольшой приграничной крепостью. Меняться он стал лишь в 1730-х при гомельском старосте Михале Чарторыйском. На месте старой крепости возвели мощный бастионный замок с деревянными башнями, стенами и обширным деревянным дворцом.

Судьбу Гомеля изменила российская аннексия: в 1772-м произошел первый раздел Речи Посполитой, по которому к империи отошли восточные земли Беларуси. Императрица Екатерина II потребовала у местной шляхты присягнуть ей на верность. Богатые люди (в том числе и Чарторыйский) пошли на принцип и отказались. Их владения конфисковали, и почти все Екатерина раздала своим фаворитам и приближенным. Так, Григорию Потемкину достался Кричев, Семену Зоричу - Шклов, Александру Суворову (спустя два десятилетия) - Кобрин. Гомель в 1775-м подарили полководцу Петру Румянцеву, успешно руководившему русской армией во время войны с Турцией.

Тогда в будущем беларусском областном центре жили около пяти тысяч человек. Сравнивать эту цифру с населением современных городов некорректно, так как в то время в городах в принципе жило немного людей, 82% жителей ВКЛ составляли крестьяне. Например, в 1790-х годах в виленском уезде - теперь бы сказали, районе - жили чуть менее 106 тысяч человек, из них лишь 17,5 тысячи приходились на Вильно, а ведь этот город веками был столицей ВКЛ. Так что Гомель по населению как будто был не так уж мал: всего в 3,5 раза меньше Вильно. Но куда важнее административный статус, а его город над Сожем не имел - и потому был абсолютной провинцией.

Екатерина II поощряла своих сановников на создание в полученных имениях дворцово-парковых ансамблей, стремясь распространить в крае имперские культурные традиции. Она выделила Румянцеву деньги на строительство резиденции, а также подарила коллекцию картин и прочих предметов искусства. Замок Чарторыйского снесли, на его месте в 1785-м началось и завершилось в начале 1790-х годов строительство главного дворцового корпуса - именно он теперь известен как дворец Румянцевых-Паскевичей. В проектировании комплекса, вероятно, участвовал известный русский зодчий Иван Старов - один из создателей Александро-Невской лавры, Таврического дворца и Казанского собора в Петербурге.

На этом этапе Гомель еще ничем не выделялся среди других городов-«конкурентов». Каждый из его владельцев строил свою усадьбу. В Шклове она не дошла до наших дней, в Кричеве и Кобрине сохранилась до сих пор (теперь там музеи). Однако скоро появилось серьезное отличие: для потомков Зорича, Потемкина и Суворова эти города не стали основными резиденциями, они не развивали их. А вот Гомелю повезло. Когда Петр Румянцев умер (успев еще помочь Суворову в подавлении освободительного восстания 1794 года), его наследником стал сын Николай Румянцев - высокопоставленный чиновник, будущий министр иностранных дел Российской империи. Он считал Гомель своей главной резиденцией и превратил его из относительно небольшой деревушки в европейский городок, в центре которого строились уже не деревянные, а каменные здания. Выписанный из Англии архитектор Джон Кларк закончил дворец, а также в 1809-1824 годах возвел по соседству православный Петропавловский собор в стиле ампир.

Перед тем как Гомель стал владением Петра Румянцева, он был центром уезда. Но полководец, не желавший согласовывать свои действия с местной администрацией, добился, чтобы центр уезда перенесли сначала в близкую деревню Белица, а затем и в построенную специально для этого Новую Белицу. Гомель же стал частным владением, а по статусу - местечком (теперь бы сказали «агрогородок»).

Таким образом, при первых «пришлых» владельцах Гомель сделал важный шаг в своем развитии, но оставался лишь их благоустроенной резиденцией (например, Николай Румянцев собирал там коллекцию из произведений искусства и приватную библиотеку). Не меньше, но пока и не больше.

Шоссе - телеграф - железная дорога

В 1826 году Николай Румянцев умер, не оставив после себя детей. Гомель перешел к его брату Сергею. «Блестящий вельможа времен Екатерины, человек отменного ума, большой образованности, любознатель по всем отраслям науки, был до глубокой старости подвержен этой страсти (игре в карты. - Прим. ред.), которой предавался, так сказать, запоем. Он запирался иногда дома на несколько дней с игроками, проигрывал им баснословные суммы и переставал играть впредь до нового запоя», - вспоминал о нем литератор Петр Вяземский.

Возможно, именно карточные долги заставили Румянцева уже в 1828-м заложить Гомель в Государственный заемный банк, а в 1834-м передать его властям. С разрешения императора Николая I город приобрел фельдмаршал Иван Паскевич, под руководством которого русские войска ранее захватили Южный Кавказ и Азербайджан, подавили освободительное восстание 1830−1831 годов на землях Речи Посполитой, а позднее и революцию в Венгрии. Получив титул князя Варшавского и став императорским наместником в Царстве Польском, Паскевич для своей главной резиденции выбрал как раз Гомельский дворец.

При новом владельце основной корпус практически не трогали, а вот боковые флигеля реконструировали. Парк был перепланирован и значительно расширен. Причем летом по четвергам и воскресеньям с пяти до девяти часов вечера его стали открывать для всех желающих - правда, за плату. В начале ХХ века вход стоил 12 копеек (средний заработок рабочего тогда составлял 50 копеек - 1 рубль в день). Но это все равно был важный шаг - владельцы Гомеля стали взаимодействовать с горожанами, пусть и с их наиболее зажиточной частью.

Паскевичи стали развивать и экономику Гомеля. Там действовал завод по изготовлению свечей, стеклянная мануфактура, две ткацкие фабрики, в 1839-м был создан сахарный завод и т. д. В 1850 году через Гомель проложили шоссейную дорогу Петербург - Киев и первую в империи телеграфную линию Петербург - Севастополь. Этот маршрут был выбран в знак особого благоволения императора к Паскевичу. В 1852-м Гомель по инициативе своего владельца вновь получил статус города и уездного центра. Спустя два года к нему присоединили Новую Белицу (теперь там Новобелицкий район города). Теперь в Гомеле было десять тысяч жителей.

В 1856 году Иван Паскевич умер, его наследником стал единственный сын Федор Паскевич. Вместе с женой Ириной ему принадлежала половина города, а также более 90 имений, фольварков, хуторов и дач в окрестностях. Зиму супруги проводили в Петербурге, а ранней весной приезжали в Гомель.

В том же году Российская империя окончательно проиграла Крымскую войну, что заставило власти менять свои подходы. Отмена крепостного права, судебная, образовательная и прочие реформы - пусть и непоследовательные - способствовали развитию промышленности. Росли и города, где она концентрировалась. К 1864 году население Гомеля составило уже 17 тысяч.

В 1873-м через Гомель, как и через Минск, прошла Либаво-Роменская железная дорога, которая соединила территории нынешних стран Балтии с Украиной (Либава - латвийский город Лиепая, Ромны - город в Украине). Спустя 15 лет через город над Сожем провели и Полесские железные дороги (на восток от Гомеля полотно шло до российского Брянска, на запад ветки вели в Вильно, Белосток и в направлении Бреста). Город стал железнодорожным узлом, что дало новый толчок к развитию промышленности и торговли. Началось благоустройство. В 1872-м на улицах появились газовые фонари (в Минске их так и не поставили, перескочив от спиртовых и масляных сразу к керосиновым, а затем - к электрическим). После 1879-го замостили центральные улицы (в Минске этот процесс начался еще в 1830-х).

Предположим, что, если бы шоссе и телеграф изначально провели другим маршрутом, туда же ушла бы и железнодорожная ветка. Гомель могла бы ждать та же судьба, что и у прочих похожих населенных пунктов, вроде Турова и Новогрудка, которые остались в стороне от нового вида транспорта и в итоге остановились в своем развитии. К тому же если бы Паскевич тогда, при Николае I, не пролоббировал перенос уездного центра в Гомель, позже этого могло бы и не случиться, потому что уже при следующем правителе, Александре II, семейство не было в таком фаворе. Так что хоть Иван Паскевич и был завоевателем на службе империи и жестоким подавителем восстаний, по крайней мере Гомелю он принес пользу - именно его действия заложили предпосылки для будущего процветания города.

За 16 лет - рост населения в три раза

Разумеется, рост Гомеля объяснялся не только политикой Паскевичей. Свою роль сыграли и жители. В Российской империи существовала так называемая черта еврейской оседлости - территория, где могли селиться представители этой национальности, вне основных российских территорий. Беларусь находилась в этой черте, потому во многих беларусских городах евреи составляли большинство населения (на селе им жить запрещалось). В Гомеле, согласно переписи 1897 года, проживали 36,8 тысячи человек, из них 54% были евреями, которые занимались торговлей и привлекали деньги в городской бюджет. К местным в начале 1890-х прибавились и приезжие, когда император Александр III заставил евреев покинуть Петербург и Москву. Многие оттуда перебрались в Гомель, скупив участки в центре города и застроив его двух-трехэтажными каменными зданиями - доходными домами, где сдавались в аренду жилые помещения.

Так что евреи были неотъемлемой и активной частью городской жизни. Когда в 1903 году в Гомеле случился погром, еврейская самооборона оказала сопротивление дебоширам.

Но важным мотором преобразований была и Ирина Паскевич, которая после смерти мужа Федора в 1903-м осталась единственной владелицей Гомеля (детей у пары не было). Княгиня входила в десятку самых богатых людей дореволюционной Беларуси, и серьезное состояние позволяло ей заниматься благотворительностью. Ее «коллеги», богатые дворяне, обычно не концентрировали капиталы в одном городе, а потому их помощь рассредоточивалась по разным местам. Паскевич же в первую очередь помогала именно своей вотчине - Гомелю:

• жертвовала деньги на работу женского училища, фабричной больницы, больницы для бедных матерей и сирот;
• финансировала строительство водопровода, мужской гимназии, духовного училища, приюта для престарелых женщин и «ночлежки», гинекологической больницы, родильного дома земской больницы;
• учредила приют для малолетних девочек и Гомельское общество помощи учащимся;
• платила зарплаты учителям, а также оплачивала освещение и отопление учебных заведений, книги и учебные пособия;
• бесплатно выделяла бумагу издателям гомельских газет со своей Добрушской фабрики и т. д.

Эти вложения подстегивали экономический рост Гомеля. В 1913-м в городе уже жили 104,5 тысячи человек - втрое больше, чем всего 16 лет назад. Минску для аналогичного скачка населения понадобилось сорок лет. В Гомеле появился ряд предприятий - швейная фабрика, литейно-механический и чугунолитейный заводы и другие, началось судоходство на Соже, открылся Гомельский крестьянский банк.

В 1917 году случилась революция. Империя рухнула. Сначала к власти пришло Временное правительство, затем большевики. Ирина Паскевич пыталась отстоять дворец и даже первоначально заручилась поддержкой наркома (министра) просвещения Анатолия Луначарского, однако в следующем году комплекс все же национализировали. 83-летняя княгиня провела последние годы в доме своего повара недалеко от дворца и умерла в 1925-м, на девяностом году жизни, от воспаления легких.

Однако главное Паскевичи для Гомеля сделать успели. В 1919-м, когда теперь уже крупный и развитый город присоединили к России, его сразу сделали центром губернии. В 1926 году Гомель вернули Беларуси, где он стал центром округи, а затем и области. Теперь же это второй по величине город страны, где живет почти 500 000 человек.