С середины прошлой недели до выходных Россия практически каждую ночь обстреливала Одессу. Есть погибшие и раненые среди мирного населения. Из-за обстрелов пострадали жилые дома в центре города, знаменитые одесские дворики, Спасо-Преображенский собор и здания двух иностранных дипмиссий. Минобороны РФ при этом утверждало, что бьет «высокоточным оружием морского и воздушного базирования» по военным объектам и складам ВСУ. «Зеркало» поговорило с белоруской, которая уже около двух лет живет в этом украинском городе и пережила бомбежки на минувшей неделе.
Имя собеседницы изменено в целях ее безопасности.
«Многие думали, что пронесет. На третий день бомбежки в убежище спустились уже все»
38-летняя Ольга живет примерно в двух километрах от исторического центра города, куда в воскресенье прилетела российская ракета, разрушив православный собор и старинные дома. Минчанка рассказывает, что тогда ей уже не было так страшно, как чуть раньше.
— В начале войны в Одессе не было таких крупных повреждений. Я смотрела на фото из Харькова: «Боже, как там все живут? Дома стоят простреленные». А где-то полтора месяца назад в 300 метрах от моего дома прилетело в бизнес-центр. Это, наверное, было самое впечатляющее событие для меня, потому что я проснулась от взрыва и вспышки, думала, что окна вылетят. Они чудом уцелели, потому что дом чуть в другую сторону смотрит. Мимо этого дома теперь постоянно хожу, привыкла. И когда били в этот раз, мне уже не было так страшно.
Как раз после того майского прилета Ольга стала периодически спускаться в подземный паркинг в доме. Говорит, в нем есть вентиляция и несколько выходов, поэтому он считается надежным убежищем. Белоруска шутит, что к выходным там был «аншлаг».
— В принципе одесситы не спускались в убежище — только, может, где-то рядом с аэродромами, еще какими-то такими объектами, куда могли попасть. Поэтому, когда начались обстрелы на прошлой неделе, многие думали, что пронесет. А как стало понятно, что русские хотят разбить порт (а он же длинный, тянется на несколько километров, там есть нефтехранилища, зернохранилища, это близко к нам), на второй день люди стали спускаться. На третий день бомбежки в убежище пришли уже все. Когда разбомбили собор, у нас просто не было свободного места.
— Вообще, это заблуждение, что Одессу бомбят редко. Это происходило регулярно, плюс у нас «Шахеды» раз в неделю стабильно летают. Просто у нас не было повреждений таких больших, жилые дома в основном не страдают. Но обстрелы есть, одесситы к ним привыкли. Город дальше живет своей жизнью, потому что одесситы — очень неунывающий народ. Зимой, когда пытались разбомбить инфраструктуру, досталось Одессе, сюда же и дронами легче всего долететь из Крыма. В полном блэкауте мы сидели, наверное, больше всех в Украине. Но люди не унывали, накупили генераторов и приспособились. В городе нет света, ты идешь по Дерибасовской — там все светится, музыка играет, люди сидят.
«Местные жили с мыслью, что Одессу не тронут, потому что русские считают ее своим городом»
После разрушительных обстрелов прошедших выходных одесситы массово вышли на улицы помогать коммунальным службам разбирать обломки и наводить порядок, рассказывает Ольга. По ее словам, город уже отходит от случившегося, хотя местные тяжело восприняли прилеты по старой застройке и гибель людей.
— Самый центр зачищен, а на этих маленьких улочках еще не все: там просто камни, потому что дома каменные, нужна техника, чтобы их убирать. Ракета попала в собор, еще будут проводить экспертизу, но я слышала, что его будут сносить, потому что там нарушена конструкция, какие-то несущие стены пострадали и восстановить все не получится. Хотя на время войны, я думаю, он будет законсервирован.
Украинцы, я скажу, очень злы на все это. Одесситы в шоке, это чувствуется. Они очень любят свой город и не понимают, как так можно, как могли тронуть такую святыню? Хотя уже столько святынь тронули, чему тут удивляться… Но местные жили с мыслью, что Одессу не тронут, потому что русские считают ее своим городом. Дом ученых, те домики — по этому всему одесситы безумно скорбят. Я с эмоциями справилась давно: пью противотревожные препараты, поэтому спокойна как слон. Я, наверное, сейчас пытаюсь сохранить какой-то холодный ум. Но я очень люблю Одессу, и то, что испорчены просто красивейшие здания, — это очень и очень больно. Ну, а то, что люди погибли и получили травмы, даже нечего обсуждать, это ужас. Но я вначале очень переживала, особенно когда были бомбежки Мариуполя. Волонтерила, мы помогали переселенцам из тех районов, и было безумно больно, ужасно. Теперь я, наверное, стараюсь эти эмоции внутрь не пускать, от этого ничего не поменяется. Надо просто делать то, что можешь.
Ольга говорит, что за полтора года войны бояться при воздушных тревогах стала меньше, хотя живет на одном из верхних этажей многоэтажки с хорошим обзором города и нередко видела, как что-то горит от прилета.
— Ты смотришь и идешь дальше собираться по делам. Хоп — еще один прилет. Психика как-то приспосабливается. Но сейчас, конечно, стало страшнее. Хотя для меня особо ничего не поменялось, в отличие от людей, которые живут около порта.
Раньше это был самый безопасный район, потому что рядом — исторический центр. Одесситам казалось, что русские не будут его бомбить, портить культурное наследие, архитектуру. И люди просто сидели по домам, зная, что туда не прилетит. Хотя там убежищ практически нет, там и некуда спускаться, потому что это дома XIX — начала ХХ веков. А подвалы, если и есть, не спасают, дома просто складываются.
Поэтому сейчас многие из прибрежной зоны уезжают куда-нибудь подальше: дома небезопасно и страшно. Может прилететь. К слову, эти здания относятся к культурному наследию ЮНЕСКО.
«Есть ощущение, что все это продолжится и Одессу просто так кошмарят»
Несмотря на войну и обстрелы, в Одессе в этом году хватает туристов, говорит Ольга. И береговая линия в этот сезон сильно отличается от прошлого.
— Тогда не работали сезонные заведения, был заминирован берег — люди гуляли по променаду, смотрели на эти пустые пляжи. Если кто-то пытался туда пойти, его сразу отгоняли военные. В этом году центральные пляжи разминировали — все обрадовались, что можно купаться. Не все, но открылись и кафешки. Сразу взлетели цены на жилье, поехали туристы (смеется). Потом случился подрыв Каховской ГЭС, море было загрязнено. Сейчас через день нам шлют эсэмэски, что купаться нельзя, но вода в целом очистилась. Конечно, не сравнить, как было до войны, но люди уже отдыхают. Киев, когда объявляется тревога, может опустеть, все уходят в метро. Тут по-другому: как я уже говорила, в центре, на пляжах укрытий нет, и ты продолжаешь сидеть попивать кофеек и смотреть, как дроны над морем сбивают.
— При этом это неправда, когда говорят, что в Одессе забыли про войну. Это очень отзывчивый город, который много помогает. С начала войны Одесса была прифронтовой, принимала переселенцев бесплатно. Помогала Николаеву с водой, потом — Херсону после подрыва Каховской ГЭС. У нас тут много волонтерских центров. Просто нужно понимать, что экономика должна работать, а в Одессе это отдых. Причем одесситы не ходят каждый день в Аркадию (курортный прибрежный район. — Прим. ред.). Гуляют в основном приезжие, те же военные, которые приезжают сюда в отпуск, им тоже надо как-то отвлечься. Я вам скажу, Львов зимой, когда я там была, тусил больше, чем Одесса. Просто это не так видно. Никто тут не забыл о войне. Тут еще сказывается такой одесский нрав — ко всему подходить с юмором. А может, еще и фатализм — вдруг, сегодня последний день живешь? Даже горе проявляется по-другому.
Белоруска говорит, что и сама, и ее знакомые одесситы считают, что на этом бомбежки Одессы не прекратятся, и ждут, что россияне будут пытаться и дальше разрушить порт.
— Но они туда вообще не попадают, ну вообще! Или у них настолько кривые ракеты, или это специально. Потому что порт стоит целый, я бы сказала, а кругом все развалено (19 июня сообщалось и о повреждении причалов порта и зерновой инфраструктуры. — Прим. ред.). Предположить, что они настолько кривож***е, сложно. Поэтому есть ощущение, что все это продолжится и Одессу просто так кошмарят.
Поблагодарить за статью